В детстве Андрей об искусстве даже и не мечтал. Художники – они ведь почти как боги…

В приморском Калининграде, где он рос, ребята грезили о флоте. Ещё бы! Рассекать бескрайние моря и океаны на большом корабле, увидеть чудеса дальних стран! А экзамен по математике в мореходку завалил. К счастью для него, как он теперь считает, «матрос лишился благосклонности океана». А мир, возможно, не досчитался отважного моряка. Зато обрел ироничного, порой дерзкого, размышляющего художника и тонкого лирика.

Фото: Андрей Федорченко читает лекцию по истории искусства в SIC бизнес-клубе. Цюрих. 2014. Снимок Марины Карлин

Дорога в искусство не была торной. Минское художественное училище им. А.К. Глебова окончил уже после армии. Затем Москва – Полиграфический институт, в прошлом знаменитый ВХУТЕМАС (Высшие художественно-технические мастерские). Учился у прекрасных художников, таких как, например, классик советской книжной графики Дмитрий Бисти.

В СССР задували перестроечные ветра. Федорченко трудился иллюстратором, художником в кино и на телевидении, создал собственное издательство «NAVIA MORIONUM», участвовал в конкурсах и выставках, увлёкся историей кинематографа, с культурологом Максимом Жбанковым спорил «через целлулоидную плёнку»  о «пролетарской» сущности английского криминального кино, может ли Годзилла догнать «Титаник» и как триллеры Хичкока созвучны ситуации в Беларуси.

— Андрей, кроме всего прочего Вы преподаёте в нескольких детских изостудиях. Как Вы учите детей рисовать?

Боюсь, тут одной статьей Вам не ограничиться, – смеётся он. – А если серьёзно, взрослым обычно некогда думать о таких «пустяках» как счастье, жизнь, смерть. Зато у детей для этого времени предостаточно. Уж поверьте мне на слово, они постоянно задаются сложнейшими вопросами. Убеждён, все дети талантливы и, уж точно, они не глупее взрослых. Тем более, что о счастье, жизни и смерти сложены все сказки мира. И я не считаю детей глупее себя. Искренне не считаю! От этой константы я и отталкиваюсь в работе с ними.

Возьмём, например, известную «Курочку Рябу». При ближайшем рассмотрении выясняется, что у этой русской сказки древнейшие праславянские истоки. И по сей день «Ряба» – первейшая детская сказка и книжка во многих славянских культурах. Фольклорный сюжет, на первый взгляд, незамысловат: «Курочка яйцо сносит, мышка разбивает».

10295959_10201235956019438_4246153674049555969_o

Так-то оно так, да не так. Филолог и создатель «теории большого мифа» Владимир Топоров видел в «Рябе» ни больше ни меньше как мотив расколотого Мирового Яйца и последующего происхождения мира. А детский поэт Борис Заходер – грустную историю о разбитом счастье, мол, золотое яйцо и есть счастье человеческое, люди его бьют-бьют, а мышка раз хвостиком…

Фото: Учитель и Ученица

А что сами дети думают об этой сказке? Вот как читают и рисуют её на занятиях в детской изостудии Андрея Федорченко в Эмменбрюке (нем. Emmenbrücke). Внимание! Урок начинается, дамы и господа…

…Сегодня мы будем делать иллюстрации к сказке «Курочка Ряба». Сначала постараемся как можно подробнее вспомнить сюжет: жили-были, курочка снесла, били-били, мышка махнула, яйцо разбилось, все плачут, курочка всех утешает и обещает новое яйцо. Получается восемь иллюстраций.

Всё ли нам ясно? Нет не всё. Где жили дед да баба? Сказка об этом умалчивает. Значит, мы вольны сами выбрать место прописки персонажей – деревню, город, Швейцарию, Россию, планету Марс…

Или, например, Курочка. Поглядим на неё пристальнее. Если она снесла яичко, значит кому-то это было нужно. Сначала Курочка носила его в животике, ждала своего «ребёночка». Холила и любила его. И вдруг – мышка – и оно падает! И разбивается! Раскрывается скорлупка, а там… хорошенький цыплёночек, живёхонький и здоровёхонький.

Вот какое чудо! И все радуются и веселятся. А если кто и плачет, так это от счастья. Такая замечательная история получается, если немножко порассуждать. Дети охотно учатся воображать сюжет и погружаться в его глубины. А такие сказочные занятия помогают развивать творческие способности.

— Поговорим о творчестве. В «Чёрном квадрате» Малевича кто-то видит шутку, другие – философские глубины. Каким должно быть искусство – умным или красивым?

10258971_10201175817076002_737528436620343521_o

Во-первых, искусство ничего никому не должно. Мне близка точка зрения, сформулированная Оскаром Уайльдом: всякое искусство совершенно бесполезно. Уайльд был декадентствующим эстетом, шокировавшим викторианскую просвещённую публику. Однако сегодня эти его слова приобрели совершенно другой смысл. Мир пережил две мировые войны, которые ни культура, ни искусство так и не смогли предотвратить.

Фото: Андрей Федорченко. «Без названия». Тушь, перо, цветной карандаш, бумага. 15 х 15. 2009

Да посмотрите на нынешних творцов: в кризисе Украина-Россия они полные импотенты! Приходится признать, что талантливое искусство – неважно, «умное» или «красивое» – на сознание людей воздействовать не может, и в этом смысле оно бесполезно! И это хорошо: сегодня герои, которые подпитывались искусством, литературой, музыкой, выходят из моды. А те художники, которые поняли изменившуюся роль искусства в нашей жизни, делают хорошие карьеры.

— А что Вас волнует как художника?

Лично меня волнуют симметрия, вертикаль, горизонталь… Волнует – как выстроить мои эстетические отношения с окружающими меня обычными вещами необычными метаморфозами. И, пожалуй, гланое: я научил себя свободе от карьеры. Не то чтобы мне безразлично мнение других. Но иметь возможность высказаться, вероятно, для меня более важна, чем желание быть услышанным. Есть определенный жизненный опыт и потребность, как я говорю, «выплеснуться».

Часто среди задач художника называют поиск равновесия и гармонии. В то же время жизнь видится нам как колебания маятника. Но что случится, если маятник остановить? Возникнет симметрия. Или, если хотите, Абсолют. А может смерть?

Искусство – дитя жизни, и оно циклично как жизнь. Об этом свидетельствует вся его история, начиная с Евангелие от Луки: «И вот, есть последние, которые будут первыми, и есть первые, которые будут последними». Оно как бы постоянно опровергает самоё себя. Искусство всё время как бы умирает и оживает, снова возвращаясь на круги своя.

— Вы известны как график-иллюстратор и журналист. Хочу спросить о шрифтах. Мы сталкиваемся с ними постоянно, не придавая им значения. А быть может выбери Татьяна Ларина правильный «шрифт», Онегин ответил бы ей согласием? Есть счастливые шрифты?

Дайте подумать, – смеётся, – ведь шрифтов тысячи и тысячи. От пиктографических рисунков на стенах пещер до готической текстуры в Библии Гутенберга. У наиболее знаменитых шрифтов как правило имена их создателей. Например, Garamond назван в честь французского печатника XVI века Клода Гарамона (фр. Claude Garamond). А Baskerville – английского каллиграфа XVIII века Джона Баскервилла.

Интересно писал о шрифтах в начале прошлого века дизайнер и типограф Ян Чихольд (нем. Jan Tschichold) в своей знаменитой «Новой типографике». Книга буквально стала манифестом модернизма. Ранний Чихольд ратовал за рубленые шрифты, ассиметричный набор (в пику симметричному) и стандартизацию печати.

А поздний Чихольд вернулся к классике книжного оформления, к образцам Ренессанса. По сей день «Новая типографика» – классическое руководство для художников книги. А фирменный стиль его творчества – книги издательства «Penguin Books» – до сих пор вершина безупречного художественного вкуса.

Выбор шрифта – дело тонкое. Не берусь давать советы в отношении любовной переписки, но об оформлении сайтов можно сказать пару слов. Увы, далеко не все понимают, что каждый шрифт имеет свою психологию и передаёт читателю мощнейший смысловой посыл. И он так же как и цвет влияет на эмоции, чувства и настроения.

Stuhl-Kopie

Все шрифты можно разделить на две большие группы: медиевальные (с засечками – короткими штрихами в нижней и верхней части букв) и гротесковые (т.н. рубленые, без засечек). Если веб-сайт создается для традиционного бизнеса, я бы посоветовал использовать медиевальный шрифт, а ежели желаете подчеркнуть современность и уникальность вашего дела, больше подойдут шрифты без засечек.

Фото: Андрей Федорченко. «Стул». Тушь, перо, бумага. 70 х 50. 2012

Секретов очень много: межстрочный интервал, длинна строки, пробелы, ритм, акценты… Компьютерные программы легко предлагают на выбор всевозможные шрифты, но чтобы ваш бизнес не оказался в грустном положении, как Татьяна Ларина, я бы рекомендовал обращаться к специалисту. Хотите ещё совет? Читайте книги, набранные медиевальными шрифтами: не будут уставать глаза.

— Вернёмся к Малевичу. В 2008 году его «Супрематическая композиция» продаётся в Нью-Йорке на аукционе Sotheby’s за $60 002 500. Деньги решают всё? Ваше мнение?

Классика искусства живёт в другом финансовом измерении, законы современного рынка на неё почти не распространяются. Сложнее обстоит дело с актуальным искусством и действующими художниками. Рынок с одной стороны интегрирует искусство в мировую экономику. Но… и выхолащивает из него нечто чрезвычайно важное.

Вы можете представить сегодня Леонардо, пишущего «Джоконду» более десяти лет? Или Тарковского, переснимающего заново «Сталкера» ? Деньги, наверное, могут служить «подушкой безопасности»… Но, полагаю, они плохой советчик, если человек хочет отличить «хорошее». Может быть, научиться отличать «хорошее» от «плохого» и защищаться от этого «плохого» и есть главная задача жизни.

Текст: Марина Охримовская

Фото и репродукции предоставлены Андреем Федорченко

Андрей Федорченко

Андрей Федорченко

Книжный график, журналист и педагог. Родом из Калининграда, закончил Московский полиграфический институт. Работал в Беларуси. Долгие годы живет и работает в Швейцарии.
Андрей Федорченко

Latest posts by Андрей Федорченко (see all)

 
 
 
 

Понравился материал? Перешлите адрес сайта своим друзьям или поделитесь ссылкой в социальных сетях. Чтобы всегда быть в курсе событий, воспользуйтесь нашей службой рассылки новостей в самом конце страницы справа.