+100%-

Ветер рвал пространства в клочья.
Из прорывов многоточья
стылым сыпали дождем
на продрогший крепкий дом,
на зеленый мокрый коврик,
где заботливый садовник
пред церквушкой на костях
время собирал в горстях.
 
Дрожь от сырости до муки.
Странники сплетали руки
и тела, обходя по часовой
круг прозрачный небольшой
и стеклянный клон подухи,
что отрубленным по ухи
полагалась головам;
мы гуляли тоже там.
 
Сейф огромный, а не дом,
в бронь одето все кругом
в глубине большой темницы,
где сокровище томится:
скипетр, шапка и держава,
честь, достоинство и слава; 
африканские алмазы
ослепили наши глазы.
 
Вырулив на божий свет,
сытный приняли обед –
с полным брюхом как-то легче
разговор вести о вечном.
Тряпкой гордый стяг поник,
сыпались за воротник
слезы бедных леди грей;
пальцы зябли – грей не грей.
 
Байками пленялись вольно мы –
гости коронованной тюрьмы,
дождевые плыли облака,
колокол Биг-Бена бил бока,
Букингемский двор блестел венцом,
белка грызла булку за дворцом,
серо-буро-мутная вода Темзы
утекала ведомо куда.

Реки времени и бурны, и темны.
Убедились лично в этом мы.

Марина Охримовская

06.05.2014

Фото: schwingen.net

Подпишитесь на новостную рассылку