Пастор Андреас Балмер из швейцарского города Тун. А хоровой дирижер Валерий Славинский – из российской Калуги. Встретились они треть века назад в Швейцарии. Понимание возникло сразу. Вскоре хоровая капелла под управлением Славинского впервые пела в Туне. А затем калужане приняли швейцарских хористов. Прошло время, дружба окрепла, и возникло общество «Калуга-Тун». Сейчас на его попечении в Калужской области 120 детей и несколько организаций. Принцип помощи: человек – человеку.

Готовясь к встрече с Андреасом Балмером, я записала 12 вопросов.

1) Уважаемый господин Балмер, если посмотреть историю отношений Калуга-Тун, получается, что людей из разных стран сдружила песня. А как было на самом деле?

20151103А. Б.: В 1988 году в местечке Видлисбах близ Золотурна была художественная выставка. В ней участвовали живописцы из Калуги. И там я познакомился с Валерием Славинским. Завязалась беседа о том, как было бы хорошо, если бы певцы из Калуги могли посетить Тун, а швейцарские хористы – Калугу. Мы оба думали одинаково, что культура и музыка имеют огромное значение для людей. Чтобы воплотить задуманное потребовалось более года. Первый концерт Калужского камерного хора в Швейцарии после десятилетий изоляции СССР был особенным событием. Многие тогда впервые услышали живой голос русской народной песни и духовные православные песнопения.

Первый концерт в Калуге камерного хора из Туна в 1991 году тоже привлек много внимания. В те годы для западноевропейцев это был не самый открытый русский город. Помогала дружбе не только музыка. И в Туне, и в Калуге хористы жили в семьях, не взирая на языковой барьер. Люди знакомились и находили общий язык с помощью жестов и словарей. Как сказала дирижёр Калужского хора Зинаида Деревяшкина: «Мы просто обнимемся, и все сразу будет хорошо». Всякий раз, когда калужане приезжали в Тун, дружба возобновлялась. Сначала дружили родители, а теперь – их повзрослевшие дети.

2) Швейцарцы и русские между собой на каком языке разговаривают?

А. Б.: Сначала многие наши тунчане захотели учить русский язык. Для этого «Мигрос» даже специально открыл курсы русского языка, пережившие короткий расцвет. Всю образовательную программу выдержали только некоторые. Со временем в Калужский хор стало приходить больше молодежи. Некоторые молодые хористы довольно свободно владеют английским, что существенно облегчает общение.

Пастор Андреас Балмер из швейцарского города Тун.

Пастор Андреас Балмер из швейцарского города Тун.

3) Что Вам, швейцарцу, показалась близким и понятным и что, возможно, непривычным в СССР? В общественном укладе жизни советских гражданах? В отношениях между людьми?

А. Б.: Душевность и невероятное гостеприимство многих русских впечатляют меня всякий раз, когда я посещаю Россию. Так сейчас, и так было всегда. И это не может не трогать сердце. Мои впечатления разделяют и наши земляки.

Впервые в Москву я приехал в начале 80-х. Кое-что мне действительно тогда показалось странными. Например, запрет фотографировать вокзалы и мосты; различие между обменным официальным курсом рубля и черным рынком; длинные очереди, образующиеся мгновенно, как только торговец выложит на прилавок «дефицит» (апельсины, туалетную бумагу и т. д.). Однако о настроениях людей того периода говорить затруднительно. Мы, иностранцы, могли в составе туристических групп ходить по церквам и музеям, но общаться с населением – едва ли.

4) Как, на Ваш взгляд, эволюционировали отношения между швейцарцами и русскими со времен падения Берлинской стены?

А. Б.: Эти события сохранились в моей памяти. В годы моего студенчества между западным и восточным секторами Берлина можно было перемещаться относительно свободно, не было никаких преград. После возведения в 1961-м стены, холодная война стала ледяной.

Осенью 1988-го, незадолго до падения Берлинской стены, я находился в Ленинградской Духовной Академии. Все дышало оптимизмом. Студенты горячо обсуждали возможность примирения капитализма и социализма. В кинотеатрах свободно показывали кинодраму Абуладзе «Покаяние», изобличавшую преступления тоталитарного режима. Церковь выходила из изоляции. Никогда не забуду эмоции, пережитые мною, когда хор Духовной Академии пел в Русском музее. Хористы и публика плакали.

Падение Берлинской стены вызвало в Швейцарии бурное ликование. Правда, перемены к лучшему происходили очень медленно. Чтобы разрушить стену недоверия и невежества обычно требуется много времени. В этих условиях инициативы культурного обмена Валерия Славинского (выставка русских художников в Видлисбах; гастроли хора из Калуги в Туне, а швейцарского хора – в Калуге) были очень важны.

20151200445) Как развивался культурный обмен между Туном и Калугой?

А. Б.: Калужский камерный хор приезжает в Тун каждые два года. Общество «Калуга-Тун» старается организовать плотный гастрольный график. Например, в этом году концерты состоялись в Туне, Интерлакене, Берне. Мы заботимся о рекламе, размещении певцов и певиц, водителей автобуса в принимающих семьях. Надо признать, что швейцарские хоровые коллективы ездят в Калугу реже. И все-таки на гастролях в России побывали молодежный оркестр «Арабеск», камерный церковный хор и вокальный квартет из Туна.

Значение личных контактов для культурного обмена очень важно. Поэтому минимум раз в год швейцарская делегация едет в Калугу, чтобы встретиться и лично поговорить с людьми, с которыми мы работаем. Так у нас сложилась дружба с центром для детей-инвалидов «Доброта», санаторием «Лесная сказка», социальным центром для детей «Радуга» в Жилетово, многодетной крестьянской семьей Блиновых из села Пятницкое Бобынинского района и многими другими семьями.

6) Почему решили создать в 2000 году общество «Калуга-Тун»?

201512003А. Б.: Общество «Калуга-Тун» создано по многим причинам. Как пастор реформатского прихода, я имел возможность привлекать к российским начинаниям членов общины. В частности, например, для проверки отчетности. В 2000-м я вышел на пенсию и более не мог опираться на эти структуры. Регистрация общества «Калуга-Тун» обеспечила нам юридический статус. Время показало, что решение было правильным. И хотя административные издержки возросли, наши возможности стали шире, а результаты весомее. Меня радует, что к нам приходят новые люди, которые, впрочем, все действуют на общественных началах.

7) Людей, оказавшихся в беде, в мире много, почему Вы решили помогать именно калужанам?

А. Б.:  Почему именно калужанам? Позвольте ответить библейской притчей.

Иисус обращал внимание последователей на величие заповеди любви к ближнему. «Кто мой ближний?» – спросил один из сомневающихся. Иисус ему ответил притчей. Человек из Самарии встретил на дороге путника, ограбленного и израненного. Самарянин перевязал раны неизвестного и на своем осле отвез его в деревню. Что из этого следует? Ближним может стать любой случайный встречный, любой человек, оказавшийся на обочине жизни и нуждающийся в помощи. Должен ли я? Вопрос не в этом. Но в том, почему бы не помочь?

В начале 90-х, когда наши отношения только складывались, калужане, как частные лица, так и представители общественных организаций, рассказывали мне о чрезвычайных ситуациях: бездомных детях; детях-инвалидах; трудных подростках; о семьях, терпящих крайнюю нужду; о жертвах лучевой болезни после трагедии на Чернобыльской АЭС. Их тяготы сделали этих людей близкими мне. Я поделился своими чувствами и размышлениями с жителями Туна, и встретил понимание. Что это было? Случайность? Чудесное совпадение?

8) А как складываются судьбы ваших подопечных в России? Были случаи, когда надежды не оправдались? Бывали Вы разочарованы?  

А. Б.: Это правда, с подопечным ребёнком отношения особые. Обычно материальная поддержка длится до семнадцати лет. Как и в каждой семье, бывают радости и огорчения. Годы идут, дети растут, становятся взрослыми. И теперь уже не все швейцарцы имеют контакт с подопечными, которым когда-то помогали. Порой даже и не знают ничего об их дальнейшей судьбе. Ситуации различные, иные семьи многие годы переписываются, ездят друг к другу в гости. Лично мне известен только один случай, который действительно разочаровал.

9) Международные эксперты называют Россию страной с высоким уровнем коррупции. Как Вы понимаете, что именно этому человеку можно доверять?

А. Б.: Разумеется, мне приходилось слышать о коррупции. Однако за долгие годы отношений с Россией, я с этим явлением практически не сталкивался. Можно ли назвать коррупцией случай, когда мой знакомый водитель договаривался с полицейским, пытаясь уменьшить размер штрафа за превышение скорости?

Людям, с которыми мы сотрудничаем в Калуге, я доверяю полностью и многих из них знаю более двадцати лет. В частности, о деньгах, которыми они управляют от нашего имени, мы имеем полный, детальный отчет. Также и опыт взаимодействия с калужской городской и областной властью положительный. Наши отношения проверены временем.

10) Что помогает сохранять дружбу между Туном и Калугой все эти годы?

А. Б.: На мой взгляд, сохранять дружбу помогают тесные контакты. Калужский хор регулярно гастролирует в Швейцарии. С представительством нашего общества в Калуге мы тоже постоянно на связи. Многие тунчане и калужане переписываются. Конечно, здесь важно знание языка, поэтому владеющие русским более свободно помогают тем, кто в этом слаб. Создание общества «Калуга-Тун» также, думаю, укрепило многолетнюю дружбу. Знаете, никто из нас не считает себя заносчиво благодетелем. Потому что мы сами приобретаем очень многое – чудесные концерты и большое человеческое тепло.

11) Что лично для Вас значит многолетняя дружеская связь между Туном и Калугой?

А. Б.: Мой интерес к России и русской культуре давний. Как помню, он возник еще в юности, когда впервые прочел народные рассказы Льва Толстого. И далее, год за годом я узнавал все больше о России, увлеченно изучал русскую классическую и современную литературу, историю, православие, иконы, знакомился с народными песнями и музыкой в целом. Благодаря отношениям с Калугой мое увлечение окрепло. Богатство русской культуры нашло свое отражение в конкретных людях. Калуга для меня не заграница, а часть родной земли.

12) И последний вопрос, если позволите, с высоты прожитых лет и Вашего жизненного опыта, как Вы думаете, что спасет мир?

А. Б.: В юные годы, наверное, я смог бы ответить, что спасет мир. Сегодня вынужден признать, что я не знаю. Во всяком случае, берусь предположить, что самопровозглашенные спасители мира и любые радикальные «лечебные» идеологии, названия которых обычно содержат суффикс «-изм», не только не способны к этому, а часто, напротив, дают противоположный результат. И всё же меня радует всякая честная попытка одиночек, групп людей или политиков, отстаивающих справедливость и целостность творения.  При этом в зачет идут не громкие речи, а сумма пусть маленьких, но конкретных шагов. Позвольте мне закончить чудесной парадоксальной фразой Мартина Лютера: «Если мне скажут, что завтра наступит конец света, то еще сегодня я посадил бы яблоню».

Warum helfen Menschen andern Menschen? Und warum gerade in Kaluga?
Interview mit Andreas Balmer, Präsident des Vereins Kaluga-Thun. Sprache: Deutsch => pdf (184 KB)

При оформлении использованы материалы сайта www.verein-kaluga-thun.ch 

Вопросы задавала Марина Охримовская


Благотворительное общество «Калуга-Тун»

Адресная помощь семьям и одаренным детям: малообеспеченные и многодетные семьи, матери-одиночки, семьи с инвалидами; (55 семей, 120 детей)

Поддержка социальных учреждений для детей и юношества: — центр дневного ухода «Доброта», в котором более 800 детей-инвалидов из Калуги и Калужской области получают медицинское и психологическое обслуживание — центр дневного ухода и интернат «Радуга» для социально неблагополучных детей — многодетная семья Блиновых (село Пятницкое Бобынинского района) — социально-педагогический и сельскохозяйственный проект

Завершенные проекты: — клиника «Стоматолог» — городская поликлиника — детский дом в Калуге — дом престарелых «Таруса» — санаторий «Лесная сказка» для детей, пострадавших от последствий аварии на Чернобыльской АЭС

Понравился материал?

Чтобы всегда быть в курсе событий, воспользуйтесь нашей службой рассылки новостей:

Перешлите адрес сайта своим друзьям или поделитесь ссылкой в социальных сетях.