Евгений Шинкарев знал и любил Цюрих. И воплотил настроение этого швейцарского города в русской поэзии. Лирический герой делится своими мыслями и чувствами, волнующим его противоречием между внешним и внутренним. Для стихов характерны вольный синтаксис, необычные образы и слова, ритмические сломы, усиленная беглая рифма.

Фото: Евгений Шинкарев.

Поэт родился в 1981 году в Иркутске, вскоре оказался с семьей в Москве и через четырнадцать лет – в Цюрихе. Русскую и швейцарскую культуру, духовные искания обоих народов, он принимает близко к сердцу, что отражается на его внутренней жизни, формирует личность и поэтическое мышление.

Успешный студент Цюрихского университета (юриспруденция), поэт, публицист, автор журнала «Новое время» и блога на радиостанции «Эхо Москвы», владея, помимо родного языка, английским, французским, немецким, швейцарским немецким, Евгений параллельно работает в известных швейцарских банках и консалтинговых фирмах.

Первая книга стихов Евгения Шинкарева «Мой город на озере» вышла в 2009 году в Москве, в издательстве «Художественная литература». Трагически ушел из жизни в 2010-м. В 2011 году московское издательство «Собрание» выпустило в свет его книгу «Überschach. Стихи. Письма из швейцарской армии. Публицистика. Дневники. Переписка».

Похоронен в Цюрихе на кладбище Швамендинген.


* * *

швейцарской жизни механизм отлажен
но часовой культуры смысл не в этом:
все шестерёны, репетиры, турбийоны,
пружины, маятники, ангренажи
ремонтуары, анкеры, люнеты
ссылаются на высшие законы
так что залезь повышe
в горную глушь альпийской тундры
и звук услышишь
лучший
ровно
раз в секунду
тебе с рождения знаком
Бог с укоризной цокнет языком

* * *

история спокойней у страны
нет спаса на крови
лишь женский да большой соборы
в паре
и вдоль реки
с утра, бывает
кто-то невидимый движением брови
в священнодейство запускает
локаторные маяки
и возникает колокольный бом
как отразят звук горы
домов доходных стены эхолот обшарит
залезет в души населения он
приёма ждут антенны протестантских храмов
найдутся десять праведников — и
сонарный звон неспешно замолкает
и чайки лишь кричат что город вновь спасён
а город спит на сотню тысяч храпов

* * *

просторов нет — есть озеро зато
и ты им дышишь десять лет
к чему-то важному готовясь
к чему пока что не готов
сидишь под серым
гор
обмылком
и усиляет свет
бутылка
вставная совесть
ночного виденья прибор
рычаг включения тумана
хандры бессмысленной корсет
сидишь, к чему-то там готовясь…
к чему-то правильному то есть

* * *

замедлить время можно так:
на ноги —
шлёпанцы
чтобы не шлось быстрей
и закурить, чтоб не махать руками
чтобы туман по телу натощак
чтоб думать только о таких вещах
которые не делают старей
ну например —
что подарить на день рожденья маме

* * *

сюда приходят поезда
и отправляются отсюда
и ожидается подруга
от холода едва дрожа
табло торопишь числа
и трамвай, если такси
не уломаешь за пятнашку
домчит обоих в пять секунд
как ветер
не выдохнуть «добро пожа…»
как снимешь шарф
бросаешь в угол
всё тогда
и пуховик в снегу
и свитер
и рубашку
и добираешься до смысла
а там вот
не обаяние абсурда
а пустота заезженной цитаты
да как ты
как ты
разочарованно вот не везёт
и это всё (с надеждой, что не всё)
a это всё

* * *

понятно
незаметно проживу
не запятнаю
не прославлю
душа раскроется по шву
и прочь через тоннель гортани
таким что данте обещал?
морок недобрых ожиданий?
там, в пустоте, я вижу зал
себя в бутылках различаю
и рядом на меня похожий
и смех знакомый
ленин или олин
и к чаю
всё то же ассорти из слов
ну что же
Боже, я доволен
и даже больше, я готов
(простой обычай жизни-парника:
о смерти хорошо или никак)

Евгений Шинкарев

* * *

дома, в гостях и по дороге
признательность сжимает грудь
мы все молились понемногу
кому-нибудь и как-нибудь
когда под тяжестью закона
в песок уходит свая лжи
когда с назойливостью моли
вступает день в свои права
когда с утра по Божьей воле
к нам возвращаются слова
то молимся и на иконы
и на Шагала витражи

* * *

город смотрит аргусом
гражданин под градусом
город щиплет за душу
гражданин за ратушей
за калиткой радужной
вот под этим ракурсом
да с такой-то закусью
можно стать и набожным
можно
и пора б уже

* * *

май — озёрная пора
мы сверкаем в чистом свете
здесь трезвящая прохлада
здесь пьянящая жара
здесь приятелей засада
здесь трамвай седьмой и третий
этот город — антидот
синий цюрих
sine cura
синий месяц
синий год

* * *

курить и думать по ночам
бороться музыкой со сном
так нелегко да и нeгоже
a вот по мелочам
стараться
быть пральным пацаном
солдатом
в трамвае место уступать
раз помоложе
и крестик не снимать
перед развратом
и душу в рюмку выдыхать
и тихо спать как мирный атом
легко же

* * *

ну да, читал и знаю, да
есть мeсто
есть процесс есть целостная сфера
бытия
и есть культура
и цeнность жизни
как слиток
есть тяжёлое вчера
и мимолётное теперь
ну, знаю. стыдно, что вот так

а знаешь, как ещё бывает:

проспишься под чужим плащом
проснёшься слабым и пугливым
тут — сигаретный дым курсивом
читаешь — «взвешен, найден синим.
но за подобие прощён.»

* * *

такой мороз
когда тверёз
когда юрист
карьерный рост
копыта хвост
улыбчив чист
костюм — броня
как адвентист
седьмого дня
занудство пост
и жизнь без звёзд
и сам свой босс
и как замёрзнет полынья
лис доберётся до меня

* * *

мой город покрывает мрак
и у ползущих на зюйд вест
включаются автопилоты
а начиналось тихо так
после работы
благоговейно
смотрел на башни человек
большой любитель этих мест
да, было так
и падал снег
в стакан глинтвейна как белый крест
на красный флаг

Фото предоставлены Галиной Манхарт

Евгений Шинкарев

Евгений Шинкарев

(1981 – 2010) – поэт и публицист. Родился в Иркутске. До 14 лет жил в Москве, затем в Цюрихе. Книга стихов «Мой город на озере», 2009 г. «Überschach. Стихи. Письма из швейцарской армии. Публицистика. Дневники. Переписка», 2011 г.
Евгений Шинкарев

Понравился материал? Перешлите адрес сайта своим друзьям или поделитесь ссылкой в социальных сетях. Чтобы всегда быть в курсе событий, воспользуйтесь нашей службой рассылки новостей в самом конце страницы справа.