Кирилл Светляков — кандидат искусствоведения, заведующий отделом новейших течений Государственной Третьяковской галереи, отвечает на вопросы Ильи Овчинникова.

«Швейцарию обычно ассоциируют с банками. В то же время она оказала огромное влияние на культуру ХХ века — современное искусство во многом «выросло» из зародившегося в Швейцарии дадаизма», — объясняет Кирилл. Среди его проектов – выставки «Украшение красивого. Элитарность и кич в современном искусстве», «Невыносимая свобода творчества», «Заложники пустоты». Об этом и многом другом он расскажет на лекциях 22 и 23 сентября в клубе Lemanika.

Современное искусство, культурные коды, дада… Как возникают темы?

— Любую свою лекцию я воспринимаю как изложение информации не просто полезной, но необходимой. Мне кажется, слушатели после моих лекций немного изменятся. Вместе со мной. Если ты знаешь правила игры, которые работают в современном искусстве и в истории искусства, тебе легче жить в сегодняшнем мире. Легче понимать, что происходит и куда ты попал. А у думающего человека такая потребность есть.

«Швейцарское искусство и культурные коды ХХ века. От модерна до арт-брют», «Дадаизм — правила игры, по которым существует искусство без правил» – темы встреч с Кириллом Светляковым в клубе интеллектуального досуга Lemanika 22 и 23 сентября в Женеве.

— Тема «Швейцарское искусство и культурные коды ХХ века», — результат моих поездок в Швейцарию. Казалось бы, люди представляют себе, что ряд художников и направлений в искусстве связаны со Швейцарией. Но экскурсанты, с которыми я ездил, были удивлены: для них Швейцария в основном ассоциируется с банками, а о том, что она дала мощнейшие — и очень разные — импульсы культуре ХХ века, мало кто задумывался.

Многие имеют представление об искусстве Франции начала ХХ века и о том, как оно влияло на всё остальное; однако не все знают, что в Швейцарии были также влиятельные течения художественные, философские, антропософские. Из Швейцарии же происходит такое мощное направление, как дадаизм, во многом ставший основой всей современной художественной культуры. Из Швейцарии происходит первый куратор Харальд Зееман и вообще кураторская профессия.

Многое важное для культуры ХХ века мы обнаруживаем в Швейцарии; я бы даже сказал, что банки и экономика — это в каком-то смысле их производная. Непонятно, что первично, — слишком много пересечений и связей между разными явлениями обнаруживается: искусство связано и с экономикой, и с философией, и с психологией.

В начале ХХ века немало говорили о том, чтобы усовершенствовать, освободить человека, эти идеи были связаны и со Швейцарией — вопрос в том, каким образом и насколько это удалось. Что и есть предмет моей лекции.

То, что людей удивляет влиятельность швейцарского искусства, не так уж странно: если говорить о музыке, образ французской музыки или немецкой есть и у любителя, и у специалиста, чего нельзя сказать о швейцарской, хотя это целый мир.

— Безусловно. Швейцария — страна мультикультурная, и люди, представляющие швейцарское искусство, могут быть самых разных национальностей. Многие приезжали в Швейцарию, в результате она стала этакой колбой смешения, полигоном интернационального кросс-культурного обмена. Скажем, Рудольф Штайнер был австрийцем, но его антропософская группа базировалась в Швейцарии. Именно там Штайнер сделал то, чего не мог сделать в Австрии и Германии.

Я расскажу о том, как антропософия Штайнера повлияла на Уолта Диснея и его анимацию, на его представления о том, что должно происходить в кадре. В интернете много рассуждений о том, чем Дисней гипнотизирует зрителя, но почти ничего нет о том, что он интересовался Штайнером, что видел в 1937 году выступление его группы на Всемирной выставке в Париже.

Фердинанд Ходлер — художник эпохи модерна, активно интересовавшийся антропософией, повлиявший и на весь северный модерн, и на Россию, в том числе на Советскую: известный советский художник Александр Дейнека многому у него научился. Будучи живописцем, он активно влиял и на скульптуру ХХ века; его очень интересовали человеческая фигура, анатомия с точки зрения преображения тела, с точки зрения движения человека в измененном сознании. Это настолько интересовало художников в разных странах, что они заимствовали у Ходлера разные пластические решения, он показал им нового человека.

Арт-лекторий Lemanika. Сентябрь, Женева.

Арт-лекторий Lemanika. Сентябрь, Женева.

Имя Пауля Клее связывают с немецким экспрессионизмом и даже сюрреализмом, но его уникальность — чисто швейцарская. То, что он делал, отчасти можно назвать программированием — он один из первых программистов в истории искусства, который не столько придумывал стили, сколько писал программы по развитию стилей и визуальных языков.

Харальд Зееман — куратор, в шестидесятые годы, имея опыт актера и историка искусств, начавший создавать первые концептуальные выставки. Первая из них состоялась в Швейцарии, после этого фигура куратора стала одной из важнейших в художественном процессе вообще. Я расскажу, как Зееман к этому пришел и почему такая фигура могла появиться именно в Швейцарии.

Разного рода кураторские практики существовали и раньше, но именно у Зеемана они оформились в отдельную профессию: в ХХ веке огромное значение приобрели дирижеры — в музыке, режиссеры — в театре и кино, в изобразительном искусстве же фигура куратора как медиатора между зрителем и художником появляется очень поздно. Первым таким медиатором и стал Харальд Зееман.

Мир отмечает в нынешнем году столетие дадаизма. Что в этой дате для современности?

— Когда в 1916 году дадаисты проводили свои первые поэтические вечера, свои первые перформансы в цюрихском «Кабаре Вольтер», в них участвовал интернациональный состав, в том числе беженцы из разных европейских стран. То, что они делали, противоречило всем представлениям об искусстве и о том, как может выглядеть художественное произведение. Это были группы во многом анархические, традиционное искусство они воспринимали как инструмент подавления, как один из продуктов и результатов происходившей войны.

Им хотелось создать искусство, которое работало бы по другим правилам. Или вообще правил не имело бы, где каждый художник создает свою систему правил и отношений. Тогда никто не мог себе представить, что в конце 1960-х дадаизм, забытый и задавленный сюрреализмом, станет основой культуры, в которой мы сегодня живем. После Второй мировой войны молодые художники начали обращаться к дада, абсолютно забытому направлению, и пытались опереться на него, хотя нельзя опереться на хаос, на произвол. Но этот произвол из чего-то все-таки состоит, и моя лекция рассказывает о правилах игры в игре без правил.

Сейчас в Цюрихе знаменитый фестиваль современного искусства «Манифеста». Ваше мнение о нём в разрезе швейцарской культуры?

— Любая «Манифеста» интернациональна, в ней важен момент коллаборации художника и не-художника — меня как куратора он очень интересует. Показателем успешности нынешней «Манифесты» в Цюрихе можно назвать то, что после нее останется несколько замечательных произведений искусства, созданных во время работы фестиваля или подготовки к нему. Созданных в процессе взаимодействия с пожарными, полицейскими, уборщиками, канализационными службами: весь город стремились подключить к «Манифесте» именно через диалог художника и не-художника. И этот опыт был типично швейцарским.

Почему, на Ваш взгляд, в Москве популярны лектории?
Lemanika
— Формат лектория привлек особое внимание около пяти лет назад, сейчас из-за обилия предложений этот рынок даже перенасыщен. Сегодня очень вырос уровень городской публики. Современная городская культура требует умных людей, которым недостаточно привычного набора аттракционов. Лекции нужны потому, что после 1990-х, после 2000-х с их потребительским бумом, когда люди, грубо говоря, наелись, появилась потребность в рефлексии, в самых разных направлениях. Люди теряют ощущение исторического времени, не понимают, где они живут, куда они попали, куда всё движется. Отсюда потребность в лекциях на художественные, философские, социологические темы, которая ощущается не только в Москве. Удовлетворить ее и призван проект Lemanika.

Текст: Илья Овчинников

Илья Овчинников

Илья Овчинников

Музыкальный критик. Работает в Московской филармонии. Автор курса лекций по истории музыки ХХ века. Автор-составитель книг «Лев Маркиз. Смычок в шкафу» и «Владимир Крайнев. Монолог пианиста».
Илья Овчинников

Клуб интеллектуального досуга Lemanika

Lemanika

Lemanika

Лекторий и клуб в Швейцарии. Музыка, кино, архитектура, литература, история. Просвещение. Критики, искусствоведы, ученые, музыканты. Живой диалог на русском языке. www.lemanika.com
Lemanika

 

Понравился материал?

Чтобы знать о наших новых публикациях, воспользуйтесь службой рассылки новостей:

Перешлите адрес сайта своим друзьям, подписывайтесь на наш канал в Telegram или поделитесь ссылкой в социальных сетях.