Вокруг тянется реальный мир. Леса, горы, озёра. Закат. Внезапно — один взгляд, и видишь дорогу в небо. Уходит прямо на облака. Идёшь. Вверх. Поднимаешься. Облака совсем близко. Уже на небе. Закат. Тишина. Земля осталась внизу. Все страсти остались внизу. Расслабление. Созерцание. Отключаешь «я». Привычное движение — и этой конструкции больше нет в сознании. Сознание теряет границу, растворяясь в реальности. Больше нет.

Ожидание. Забытье между снами и явью. Ничего не видел — пустота во снах. Что ещё можно помнить, если что-то иное было вечность назад? И зачем нужно помнить — если оно не вернётся. А если и вернётся — тогда и посмотрим, тогда и увидим. Пустота вокруг и темнота. В темноте нет счёта времени, как нет счёта пространству.

Когда было что-то ещё? Может быть, даже миг назад, может быть, и правда, вечность? Когда ничего не происходит, когда нет даже сердца и крови, чтобы считать время, теряется его ощущение. Когда нет пространства вокруг — пусть и всего — потому, что не видишь, когда нечем коснуться, теряется и ощущение. Быть может, никогда и не было, этого самого пространства. Может быть, я один в пустоте и в безвременьи. Я — пустота. Я без времени.

Ведь даже не знаю, где низ, а где верх, где лево, а где право — все чувства того, кто живёт с миром вокруг. Но я знаю эти слова — значит, что-то было когда-то. Но «когда-то» прошло — и осталось «всегда». «Всегда» обессмысливает слова, ведь слова созданы для сейчас, а не для вечности.

Когда же сознание сжимается в точку, когда теряются все нити, связывающие с окружающим миром, уже не знаешь, что и где находится. Можешь пробовать тянуться, но сознание расширяется подобно шару, оно не восстанавливает тонкие связи-опоры с окружающим миром. Так остаёшься без пространства и времени, потерянный в себе. Есть шар твоего сознания и есть что-то вокруг него. Может быть, лишь тонкая плёнка бытия на поверхности сознания, а может — моё сознание только крохотная пылинка в пустоте.

Но тогда что моё сознание? Моё сознание без образов и без снов? Что это за сфера, почему она всё ещё существует? Наверное, держит её только то, что ей некуда деваться. Чтобы исчезнуть, ей надо во что-то переродиться, но нет даже начального импульса. Есть циркуляция мысли, осознанной столь много раз, что она вся непрерывно существует в сознании, не меняясь и не исчезая. Возможно, она и есть сознание.

И я не знаю, чем могу стать, пока не стану. Со мной, пока я один, не может произойти того, о чём не знаю сам. Почему я не меняюсь? А отчего меняться? Куда идти? Всё то, о чём я мог думать, уже продумано десятки раз, вся моя память давно отпрепарирована и разобрана. Значит, метаморфоз больше не будет, значит, надо просто ждать… Ждать чего-то нового, ждать того, что сможет изменить меня. Представить что-то? А зачем? Если ты — сфера, то всё едино…

Внезапно что-то меняется. Внезапно вижу ослепляющий свет, меня подхватывают и выволакивают под его обжигающие лучи. Свет такой яркий и плотный, что неотличим от темноты. С одной стороны что-то твёрдое, белое. Оно тянется из края в край. Куда не посмотрю — оно… Абсолютно ровное, абсолютно плоское. С другой стороны пустота, из которой приходит обжигающий свет. Что теперь? Теперь знаю, что бытиё, что окружающий мир — не тонкая плёнка на моей поверхности. Или теперь не тонкая плёнка? А вообще, почему, если вижу что-то вокруг, это не картинка на тонкой плёнке? Конечно, хочется верить, что я — крохотный кусочек среди огромного мира. Иначе зачем существовать? Но если он станет совсем большим, то затеряюсь в нём… Но даже это, наверное, лучше, чем существование без ничего вокруг… Пусть лучше всё есть вокруг, чем нет.

Не могу перемещаться, но пока и так достаточно впечатлений, пока ещё достаточно познания, чтобы жить с ним.

Обволакивает какой-то плёнкой. Она течёт по моей поверхности, стекая на поверхность. Вот это и есть та самая плёнка, за которой начинается мир! Но если она куда-то стекает, можно это вновь назвать «низом». Внизу — твёрдое, сверху — пустота, вокруг — текучая субстанция. Моё сознание вновь протянуло тоненькие ниточки, расправило их и расставило вокруг, прочно уцепившись за привычные понятия.

Мыслеформы льются в кувшин бытия. Сознание принимает форму, заданную реальностью.

Меня подхватывают в двух местах. Подхватывают чем-то тонким. Тонким? Да, теперь начинаю вновь осознавать свой размер, теперь соизмеряю предметы со своим телом. Больше не один. Число, большее единицы. Поля закончены, дискретный счёт. Моё сознание, моё самосознание, моё осознание себя вытягивается вдоль моего тела, теперь понимаю, что вытянут в пространстве. Меня подхватывают и переносят в этой пустоте. На горизонте вижу какие-то объекты, они гигантские — осознаю размеры. Не могу рассмотреть их, но их наличие так прекрасно после одиночества! Чувствую запахи, они манят меня. Слышу звуки — они так новы, они очаровывают. Как много у меня чувств, которые захватывают меня! Это так прекрасно после сумрака! За мгновения узнал больше, чем за все времена до этого, проведённые в темноте.

Наконец меня опускают на какую-то дрожащую поверхность. Она прогибается подо мной, прогибается, прогибается, дрожит. Держащие меня внезапно ушли куда-то вниз, и я падаю за ними куда-то вниз. Внезапно приближается какая-то поверхность, ударяюсь о неё и замираю. Как было прекрасно моё собственное движение, пусть даже падение, сквозь вещество! Оно обволакивало, проходило сквозь меня, струилось вокруг… Прекрасно вновь соприкасаться с миром вокруг себя! Не могу осознать этого, поскольку не могу даже описать. Описание — это сравнение, а сравнивать не с чем… Движение определяет время. Частота, с которой воспринимаешь окружающий мир.

Меня вновь подхватывают и вновь кладут на эту дрожащую поверхность, медленно касаясь её. Она вновь прогибается вокруг меня, но не рвётся. Держащие меня опять уходят куда-то вниз, и я их больше не вижу. Теперь я здесь — в узкой впадинке. Вижу, что вверху она выполаживается, вижу плоскость, тянущуюся куда-то вдаль.

Внезапно — новое движение! Что-то возникающее во мне разворачивает в податливом веществе! Чувствую какое-то направление, не знал раньше, что оно есть. Но теперь оно меня подчиняет. Нет, не манит, но лишь заставляет быть на нём, следовать ему.

Свет продолжает заливать меня, буквально купаюсь в нём. Хочу познать его, хочу двигаться к нему, но не могу. Та сила, что владеет мной, не направляет меня к нему. Тогда смотрю вниз — вижу где-то там, вдалеке, ту поверхность, что уже принимала меня. Но и к ней не могу двигаться. Я подвешен в пространстве, меня направляет какая-то сила.

Внезапно из пустоты вокруг приходят какие-то потоки, они мягко толкают, гонят по поверхности. Со мной бежит и впадинка, в ней бегу от потока. Наконец, вижу, как поверхность внизу начинает стремительно приближаться к поверхности, той, в которой лежу. Наконец, доношусь до места, где они соприкасаются – и там поверхность начинает загибаться, она заворачивается вслед за твёрдой. Она стремится подняться вместе с ней, но не может. Она уходит в предельно тонкую плёнку, которая растворяется.

Затаскивает на самый верх — я вновь касаюсь твёрдости, после скатываюсь вниз. Несёт назад, не могу ничего сделать, лишь только ждать. Но вновь направляющая, та, которая живёт со мной, начинает меня разворачивать. И снова замираю где-то посреди этой зыбкой поверхности, под ярким светом. Так продолжается ещё несколько раз.

Наконец свет уходит, он становится приглушённым. Так тянется долго, и я понимаю, что началась новая вечность.

Начинаю осознавать себя заново. Внезапно замечаю, что не весь лежу в уютной выемке — самый мой краешек протыкает поверхность и находится с другой стороны. Но разницы особой нет, с какой стороны находиться. Граница двух сред. Пограничное состояние.

Идёт время. Вновь начинаю терять опорки у сознания. Воспоминания притушёвываются, теперь лишь только опять знаю, что моё сознание — крохотный фрагментик окружающего. Теперь не могу съёжиться вновь в такой же шар, каким был «до». Теперь мешает кончик, протыкающий гладь поверхности. И остаюсь вытянутым, вытянутым вдоль того направления.

Так странно… До этого мыслил лишь из точки, но теперь моё мышление, моё «я» оказалось пережато тонкой стяжкой. Моё «я» до этого не было неделимо, а теперь понимаю его две стороны, теперь моё «я» имеет протяжённость.

Идёт время, всё постоянно. Чувства вновь сократились до минимума. Не чувствую ни запахов, ни звуков, ни света — и зачем? Ведь всё постоянно. И есть только странное желание вернуться. Но оно понемногу затухает, вместе с воспоминаниями.

Понемногу появляется новое чувство. В какой-то момент понимаю, что оно неприятное. Странно. Раньше не знал этой категории в таком виде. Было что-то более насыщенное, но не было такого понятия ощущений. Теперь есть. Но ничего не могу поделать с этим чувством.

Из меня начинает медленно истекать какая-то красная субстанция. Красная? То красная, то радужная. Одновременно и красная и радужная. Разные уровни зрения? Не знаю. Что есть зрение? Я не понимаю, как я вижу. Есть внешняя информация, получаю её. Как? Пустота. Меня нет. Но видна эта субстанция по-разному.

Она истекает из меня. Сначала из одного бока, затем с другой стороны. Теперь я ни о чём не думаю, кроме этого. Что происходит? Поверхность забирает у меня себя, она потихоньку отнимает, растворяет меня в себе. Что это? Зачем это? Видимо, то самое перерождение, о котором думал тогда, когда ещё была тьма. Остаётся только ждать — выбора нет.

Затем ещё в одном месте начинаю истекать. Истекаю, ухожу. Не теряю связи с этой радужной субстанцией, скорее наоборот, теряю связь с тем, что раньше было моим телом. Понемногу всё моё тело начинает струиться мной, струиться этой радужной субстанцией меня. Расползаюсь по поверхности, выйдя из этой тонкой впадинки наружу. До этого был объёмным, но теперь стал плоским. Моё восприятие начало меняться. «Я» уже не вытянутое, теперь это плоскость. В каждой точке меня «я» есть «я», между ними есть расстояние, но не может же тогда быть, что «я» существует в разных местах? Ведь тогда это будет означать, что «я» протяжённо, что оно состоит из многих фрагментов, тогда «я» можно поделить… Но что буду «я» после деления? Не знаю.

Идёт время, наконец всё моё тело начинает струиться этой радужной кровью. Она переливается, искрится, она прекрасна своей изменчивостью. Своя радужная кровь — лучшее, чем можно обагрить этот мир. Мне стало хуже, когда она начала течь, и тогда осознал возможность приятности чего-либо. Я растворяюсь. Мне прекрасно. Растворяюсь. Наслаждение. Моё сознание было точкой, было иглой. Теперь оно становится плоскостью. Плоскость-пространство. Я становлюсь им, и меня перестаёт быть.

Всё что осталось от меня, всё, чем осталось «я» — тусклый огарок. Поверхность под ним прогибается всё ниже и ниже, пока наконец он не рвёт её, улетая куда-то вниз. Странно потерять своё тело. Оно куда-то ушло, то, с которым я прожил вечности, а я остался. Но что теперь? Теперь я радужная плёнка на этой поверхности. Перейдя в неё, освободился от тела, освободился от его жёсткости, став текучим — теперь узнал, что есть текучесть. Потерял чувство направления. Обрёл свободу от прежнего. Но, обретя свободу, у меня не появилось никаких возможностей для её реализации — не могу двигаться сам, мне нужна внешняя сила. И я остаюсь ждать.

Ждать, пока не будет движения.

Облака. Небо. Время проходит. Пора спускаться. Но уже после неба.

Текст и фото: Илья Фомин

Илья Фомин

Илья Фомин

Сознание пластично. Оно течёт и изменяется, постоянно то принимает что-то в себя, то чего-то лишается. Мне интересны границы этого изменения и его последствия – и над этим я ставлю мысленные, во всех смыслах, эксперименты.
Илья Фомин

Latest posts by Илья Фомин (see all)