+100%-

 

Катя Капович написала девять поэтических книг на русском языке и две на английском. Её стихи опубликованы во многих антологиях современной русской поэзии, переведены на девять языков.

Катя часто участвует в международных литературных фестивалях в Лондоне, Роттердаме, Париже, Москве, Осло, других городах.

Английская книга «Gogol in Rome» награждена премией Библиотеки Американского Конгресса в 2001 году. В 2007-м за мастерство в литературе Капович присвоена стипендия Эмхерстского университета.

В 2012-м в российском издательстве «АСТ» вышел сборник рассказов «Вдвоем веселее». Он отмечен «Русской премией» в Москве. А в нынешнем году проза Кати Капович награждена литературной премией имени Хэмингуэя в Торонто.

Катя живет в американском Кембридже, преподает литературу и мастер-классы, работает поэтическим редактором в журналах «Fulcrum» и «Артикль».

Подборка составлена по публикациям Katia Kapovich в Facebook, даты сохранены.

 

***

Когда я уезжала в раннем мае,
за окнами вагона шел отец
и что-то говорил беззвучно с краю,
пока вокзал не скрылся наконец.
Холодная весна снимала пробу
с пустых окраин по краям путей,
и желтый семафорный глаз Циклопа
казался оттого еще желтей.
Лишь зеркало в купе всё возвращало
с дотошной аккуратностью назад,
где шел отец вдоль здания вокзала,
увитого в ползущий виноград.
Прошли весны зеленые побеги,
лабазы, огороды, гаражи,
а он так и идет в двадцатом веке,
не досказав – чего? Отец, скажи.

1 мая 2020

***

Даешь вдвоем прогулку в лесопарке
и молодость даешь – недолгий срок,
когда любимый мой в виде подарка
бездомного котенка приволок.
Даешь глухую декабря дорогу,
любви бессмертной пьяную пургу,
вечерний магазин, где мы немного
купили водки и еды зверьку.
Хлеб накрошили, молока налили,
закрылись от зимы, как от чумы,
с оглядкой – ничего ли не забыли? –
легли в постель. Котенок спит и мы.
И снится нам не рокот космодрома,
а длинная прогулка при луне,
наверно, потому мы ночью темной
перебираем лапами во сне.

30 апреля 2020

***

Квартира ожила после пожара,
в ней завелась домашняя звезда,
и облака сушили шаровары
в особенно крутые холода.
Зачем рабочие закрыли окна
двойным неорганическим стеклом?
Все стало безразлично, гладко, ровно,
уютно стало, а по мне – облом.
Смотрю на восстановленную спальню,
ищу в углу домашнюю звезду.
Я вечно отвлекаюсь – ну, буквально,
на сущую такую ерунду.

21 апреля 2020

***

Апрельский снег стянул по ниткам
большие облака к асфальту,
к цветам, двум крашеным калиткам,
к столу, похожему на парту.
К пирамидальной синей ели
у самого двора в начале,
к тому, что есть на самом деле,
чтоб мы все это не узнали.
Так и должно быть в мире целом
с художественной точки зренья,
как двор под снегом белым-белым,
на радость и на удивленье.

18 апреля 2020

***

Когда умру, я снова буду жить
в той южной, грязной, радостной столице
и даже разыграюсь во всю прыть, –
позволь мне только заново родиться.
Ведь то, что меня сдерживало здесь, –
с утра пораньше медленная хмурость –
там будет жесть, одна благая весть,
что солнышко взошло, и я проснулась.

17 апреля 2020

Поэт Катя Капович. Автор снимка Маделен де Синети (Madeleine de Sinéty)

Поэт Катя Капович. Автор снимка Маделен де Синети (Madeleine de Sinéty)

***

И я лежала там благоговейно,
на стоге сена ночью на спине,
и юноша с бутылкою портвейна
читал стихотворенье Фета мне.
Гремело море за чертой обрыва,
в деревне слева пели петухи,
тянулись облака строкой курсива,
и перекрикивались пастухи.
Возможно, опыт жизненный превыся,
там из стихов рождался мир другой.
И утро начиналось, звезды с выси
сметало беззаботною рукой.
Не оттого ли под конец июня,
душою встрепенувшись, в облака
летит чуть постаревшая певунья,
была бы ночка снова коротка.

16 апреля 2020

***

В любви ему тревожно объяснилась
и лбом уткнулась в острое плечо,
но только одинокую унылость
почувствовала серцем горячо.
Я вышла в вечер с длинными огнями
от мокрых фонарей в конце дождя
и поняла: все кончено меж нами,
вдоль опустевшей улицы бредя.
Сырую тряпку отжимали тучи,
сверчок звенел на сломанном шестке,
и каждый звук мучительно трескуче
такою болью отдавал в виске.

15 апреля 2020

***

За то, что дышала я воздухом здесь,
на временном свете, зимой налитом,
мне выпала свыше великая честь
с друзьями сидеть на застолье крутом.
Мы пили вино за единую жизнь,
сдавали посуду и пили опять.
И пир был горой, и метели неслись,
и город белила небесная рать.
Когда я вернусь, я вернусь в этот век
и друга увижу на славном пиру,
я слово «любовь» повторю, человек
твой маленький. Мало ли что говорю?
Пойти бы нам снова вдоль ряда берез,
вдоль серых дворов, некрасивых оград
туда, где подпитый смешной Дед Мороз
катал нас, детсадовских сонных ребят.

11 апреля 2020

***

Робинзон найдет другого Пятницу
из большого племени Зулу.
Я уеду, а друзья останутся
в некрасивом доме на углу.
Слезы вкупе с леденцовой мятою
и Кровавой Мэри на борту,
помашу им крыльями помятыми, –
всех благодарю за доброту.
Долетит до Северной Америки
с голубой полоской самолет,
в этот день друзья придут к Москве-реке,
где как раз вода ломает лед.
Купола горят, покрыты золотом,
Бог часы сверяет с талым льдом.
До чего же сладостны уколы там
памяти в предсердии пустом.

5 апреля 2020

***

Пусть сызнова начнется жизнь моя,
я буду заводить тогда архивы
и рукописи прятать от дождя,
и письма от отца хранить счастливо.
Я буду слово данное беречь,
записывать в дневник, в простую книжку
подробности полуслучайных встреч
и делать фотографии со вспышкой.
Из-за границы напишу стихи
и посвящу своим друзьям заметы,
а потому что очень неплохи
мои друзья – пьянчуги и поэты.
Пожар пожрет квартиру в темноте,
сгорит и пол, и крыша в старом доме,
альбом открою, вспомню лица те –
вот здесь мы сорок лет в одном альбоме.

1 апреля 2020

 

 

***

Человек в метро уснул калачиком –
ну, уснул, казалось, и уснул,
он при этом не был неудачником,
просто от усталости вздремнул.
Обхватив портфель в таком объятии,
словно бы законную жену,
после общего мероприятия,
он склонился к радостному сну.
Кто так на скамейке спал калачиком,
тот поймет, наверное, его,
голубой вагон его укачивал,
рельсы напевали на ушко.
По дороге с сабантуя полночью
просто так, совсем ни почему
человек спал в мягкой шапке кроличьей,
и весь мир завидовал ему.

24 марта 2020

***

Взлохмачен дым, и лес отговорит
на языке протяжном журавлином
от величавых хвойных пирамид
и белого березняка всем клином –
вплоть до речной испуганной межи,
которой четкий горизонт распорот,
и камыши там, как карандаши,
тогда возьмут и нарисуют город.
Его перерезает колея
с одною веткой красного трамвая.
Через такую местность, коли я
живою буду, то приду туда я.
Приду, чтобы проститься со страной,
к ее колам, дворам, к ее соборам
в провинциальный город с тишиной –
тут музыка была бы перебором.
И будет дым взлохмачен через век,
и за трамваем по угрюмым плитам
поземкой завихрится русский снег –
его не остановишь до весны там.

23 марта 2020

***

Пригляделась, что там не звезда,
а Медведицы целой созвездие.
Есть на свете такие места
и такие на свете предвестия:
над заборами небо темно,
ничего не видать, но, случается,
и Медведица крестит окно
и кадилом махать порывается.
И тогда растекается дым
в январе-феврале приснопамятно,
и тогда мы с тобой говорим:
не одна в небосводе звезда видна,
но одна только ярче других
добела разгорается вечером,
чтобы встретиться взглядам в иных,
в белой точке над сводом бревенчатым.
Времена наступили, дружок,
обращать на другое внимание
и башку задирать на восток,
не камней, а сердец собирания.
Словно циркуль подвинулся вдруг,
словно грифель рисует по инею,
словно жизнь собирает нас в круг
переходом пустынею.

2014, 20 марта 2020

Катя Капович в Манхэттене перед чтением стихов. Фотографировала Тоня Лифшиц (Tonya Lifshits)

Катя Капович в Манхэттене перед чтением стихов. Фотографировала Тоня Лифшиц (Tonya Lifshits)

***

Молниеносный срез родной глуши,
предгрозья одинокая окрестность –
как хочешь называй те рубежи,
где сонный взгляд наводится на резкость.
В один момент сухой небесный свет
с такою силой вещи проницает,
что сердце обрывается вослед
и в пустоте нездешней провисает.
Так ястреб в предосенний ясный день
над местом замирает вхолостую
и вдруг внезапно падает, как тень,
в такую бездну чистую, пустую.

13 марта 2020

***

Я выходила из загула, в ауле как-то раз жила,
я в аэропорту Стамбула на жесткой лавочке спала,
возила джинсы контрабандой через таможню напрямик,
сообразила, что гарант мой – лукавый, грешный мой язык.
Я бессарабскую любила глухой провинции латынь,
с ней шило я могла на мыло и различала марки вин.
Я в Гагаузии болталась, где степь да степь лежит кругом,
где дым с утра белей, чем парус, над догоревшим кизяком.
Был мне язык великий даден, раздвоен, мудр, как у змеи,
от средиземноморских впадин водил меня до той земли,
где темный лес стоит на страже, где в Каме высока вода,
где щи да каша – пища наша, чтобы сказала на года.
И вот я говорю словами: весь мир – болтливости базар,
но лучше он, чем пьедестальный или кладбищенский базальт.
По миру странствовать бы, в строку набормотать про звездный ход.
Пойдем куда-то, ради Бога. Язык до неба доведет.

6 марта 2020

***

Раздвигает река берега,
словно девочка голые ноги.
Я б хотела с тобой навека,
бывшей школьницей сделав уроки.
Так вот я приходила к тебе
после лозунгов, муки бараньей,
после «выстоим в трудной борьбе»,
после их комсомольских собраний.
После майских парадов – их пруд,
после вечной ходьбы с барабаном,
где троллейбусы снова идут
от меня до тебя караваном.

25 февраля 2020

#

Стихи: Катя Капович (Katia Kapovich)

Катя Капович
Катя Капович недавно публиковал (посмотреть все)

Изображения:

20 февраля 2018 г. Вечер стихотворений Кати Капович. Новое Пространство Театра Наций, Москва. (Сергей Каревский)

Поэт Катя Капович. Автор снимка Маделен де Синети (Madeleine de Sinéty)

«Колыбельная» на стихи Кати Капович («Человек в метро уснул калачиком…»), музыка и исполнение Илья Демуцкий, март 2020

Катя Капович в Манхэттене перед чтением стихов. Фотографировала Тоня Лифшиц (Tonya Lifshits)