Поклонники музыки в Швейцарии ждут открытия концертных залов. Есть надежда, что весна принесёт хорошие новости на этот счет. А пока за окном январь, мы связались с музыкантом-философом Андреем Гавриловым, чтобы расспросить его о настроениях времени. Ведь музыка об этом знает больше, чем люди.

Всемирно известный пианист и дирижёр Андрей Гаврилов живет в Швейцарии уже двадцать лет. В его уютном доме вблизи Цюриха создается новая философия исполнительского искусства. Современные идеи находят выражение в аудио- и видеоальбомах. Играет музыкант и на концертах. При этом залы всегда переполнены.

От Токио до Фукуока

– Не так давно Вы вернулись из Японии. Какая там ситуация с карантином?

Андрей Гаврилов: Как и повсюду в цивилизованных странах, то есть строгий контроль за соблюдением мер безопасности. Есть ограничения на въезд в страну иностранцев, обязательный экспресс-тест на границе с ожиданием результата в аэропорту, двухнедельный карантин для вновь прибывших. А отличают рутинную процедуру присущие японской культуре сознательность, чувство ответственности и дисциплины.

– В каких городах были гастроли?

А. Г.: Календарь получился насыщенный: Токио, Осака, Йокогама, Нагоя, Фукуока и другие города. Между концертами в университетах проходили 3-4-дневные мастер-классы и лекции. Программа сольных выступлений отличалась сложностью: философской, художественной, технической. На двух концертах в японской южной столице Фукуока и завершающей тур встрече со зрителями в знаменитом «Токио Бунка Кайкан» (Tokyo Bunka Kaikan) я исполнил концерт Моцарта ре минор в новом прочтении.



– То есть пока Европа на строгом карантине, в Стране восходящего солнца музыка остается с людьми?





А. Г.: Да, но там и ситуация в целом иная. Плюс традиционно высокая культура поведения и уважения друг к другу. К мерам по защите здоровья отношение очень серьезное: в залах определенный порядок рассадки, все зрители в масках. Встречи с артистами в фойе и артистической отменены. Но молодежь, конечно, везде одинакова. Студенты ждали с нотами на улице, с блестящими глазами задавали вопросы о новых смыслах произведений, особенно у Листа. Такой живой отклик очень приятен.

Эпатаж и катарсис

– Ваши впечатления от сотрудничества с дирижером и оркестром?

А. Г.: При революционных переменах в искусстве, да и не только в искусстве, реакции у людей часто полярные. Это естественно для природы человека, когда знакомое и привычное с детства оборачивается абсолютно новым. В зависимости от психотипа на одном полюсе отклик примерно такой: «эпатаж», «сумасшествие», «эксцентричность». На другом: «катарсис», «пелена с глаз», «очищение», «вот оно, наконец». Разумеется, тут непросто и дирижеру, и оркестру.

Должен признать, что к чести дирижера и музыкантов, после замешательства на первой репетиции в Фукуока, артисты взяли себя в руки и позитивно «пережили» революционные изменения, потрясшие их довольно основательно шокирующей новизной взгляда на музыку Моцарта и музыку вообще. Столкнувшись впервые с новой философией, они за 24 часа сумели принять то, к чему я шел тридцать лет путем мучительных поисков, взлетов и падений.

Лист, Прокофьев, Шопен

– Какие произведения Вы исполняли и почему?

А. Г.: В сольных концертах я показал сонату Листа си минор, восьмую сонату Прокофьева, ноктюрны Шопена. Годы 2016-2020 я посвятил сочинениям, которые, как показали мои исследования, были совершенно не поняты человечеством. Не только не поняты, но и превратно истолкованы. И более полутора веков воспитывались поколения музыкантов, писались диссертации, создавались «традиции» и «паттерны», основанные на ложном толковании этих произведений.

 

 

Например, «принято» считать, что свою прославленную сонату Лист создал под влиянием «Фауста» Гёте. Только лишь потому, что Лист очень ясно обозначил в музыке «сатанинские» интонации. Обычно представление человека о «дьяволе» в музыкальном языке выражается довольно однозначно. Это интонации сарказма, желчной иронии, гротеска, определенного сочетания гармоний и диссонансов.

То есть образ «Сатаны» узнаваем и легко считывается людьми. А что в действительности?

Перед нами удивительный автопортрет самого Листа! Соната – выражение его жизненной философии, мироощущения, мировоззрения, пристрастий и смыслов жизни – исповедь разрываемого противоречиями Человека – «безумного философа-романтика». А человечество «угадало» только «дьявольские» интонации. И на основе детали, лежащей на поверхности, «нафантазировало» литературное и художественно-философское содержание.

Тогда как автор разворачивает в музыке личную религиозно-философскую драму, разрывающую его сердце.

Восьмую сонату Прокофьева можно назвать его «Герникой» в «социалистическом варианте». Музыка повествует об экзистенциальном ужасе и обреченности личности в аду гибельной реальности, в которой жил и творил композитор. На мой взгляд, Прокофьеву удалось передать здесь само течение мысли, собственный «церебральный процесс». Это удивительно глубокое для Прокофьева сочинение позволяет слушателю переместить свое сознание непосредственно в «черепную коробку» автора. Увидеть время и мир глазами бесстрастного композитора-летописца.

В ноктюрнах Шопена были продемонстрированы новые возможности фортепиано в отношении красок и эмоционально-художественных состояний. Более подробный рассказ о творческих и художественных задачах и открытиях в сочинениях, исполненных в рамках японского турне, требует развернутого, узко специального анализа.

Смыслы возвращаются

– «Картинки с выставки» Мусоргского, «Симфонические этюды» Шумана, сонату Листа часто называются среди вершин фортепианной музыки. Что эти произведения значат лично для Вас?



А. Г.: Я вижу в этом свою миссию возвращения человечеству утерянных смыслов культуры. Ни больше, ни меньше. В случае с Модестом Петровичем – непрочитанная, непонятая, «забытая» корневая, подлинно русская культура. У Шумана – непрочитанная, непонятая, «забытая» европейская культура «фантастического рыцарства», где в музыке получили развитие идеи лучших европейских философов периода расцвета «фантастического романтизма» и европейского символизма.





Что касается Листа – миру возвращается уникальный феномен передачи живого сознания религиозного философа-композитора, разрываемого «в клочья» полюсами европейских философско-мировоззренческих, интеллектуально-эмоциональных стремлений середины XIX века. В амбивалентном сознании Листа причудливо соединилось несочетаемое – безумный чувственный романтизм и аскеза католического фанатизма.

Соло и с оркестром

– Верно, что «Картинки» и «Этюды» в современном прочтении Андрея Гаврилова уже можно найти в интернете? Расскажите, пожалуйста, где и как проходила запись музыкальных шедевров?

А. Г.: Правильно, в сети уже есть первый вариант записи. А через месяц выйдет окончательная редакция. В ней значительно усилены художественные и виртуозные части повествования. Это особенно касается «немыслимых темпов» в яростной виртуозности Шумана и подлинно современнейшей психоделики, присущей музыке Мусоргского.

 

 

Для себя «новейший период» осознанного понимания музыки я отсчитываю с конца 2016-го. Все записи этого времени создаются в Первой студии Чешского национально радио в Праге, в новом здании на «Виноградах», с новым инструментом, новейшими техническими возможностями. Там прекрасная группа молодых продюсеров и звукорежиссеров, сотрудничать с ними очень приятно. Мы сплоченная музыкальная семья, что отлично помогает творческому поиску.

Сегодня пражская студия – фундаментальная база моего лейбла “UCM”. Там записываются, и будут записываться все сольные проекты. Впоследствии, возможно, и оркестровые.

Сильнее гравитации

– Полтора века назад Ференц Лист посвятил свою «Мефисто-сонату» Роберту Шуману. Буквально на днях это произведение звучало в Вашем исполнении в студии Чешского радио. А когда по-новому осмысленное творение Листа станет доступно для всех?

А. Г.: После первой записи в октябре материал смонтировали за десять дней, результат я услышал ещё в Японии. Запись звучала ярко и убедительно. Она позволила мне увидеть незамеченное ранее и определить художественно-философские детали, требующие доработки, чтобы музыкальная исповедь Листа звучала без искажения.

Новое исполнение, как и в случае шумановских «Этюдов», призвано раздвигать привычные представления о границах звуковой палитры, понимания «пределов» физиологических возможностей человека. Для преодоления «гравитации» материального мира музыка требует «запредельных» человеческих усилий в отношении скоростей, силы звучания, создания грандиозных художественных картин.

 

 

Ключевыми для сонаты являются образ Христa, философская тема «Креста» и «Распятия». Космические картины последнего слова Иисуса на Кресте, битва Добра и Зла в завершающей сонату картине «Армагеддона» требуют таких же «космических усилий» от исполнителя.

Неделю назад в Первой студии в Праге мы достигли очень серьёзных результатов. Надеюсь, к Пасхе выпустим второй том записи музыки как «Живого Сознания», что является новым брендом и философским определением того музыкального мира, который я сейчас создаю.

– Какие новые духовные восхождения ждут поклонников прекрасной музыки в будущем?

А. Г.: Ранее человечество «споткнулось» на «нечеловеческих» музыкальных шедеврах – физиологически, психологически, художественно, ментально. Теперь они осмыслены, записаны, изложены в форме видеолекций и литературных эссе. И нынче нас ожидает спокойный, бездонный океан музыки Баха – его клавирному творчеству я намерен посвятить оставшееся время. В перерывах между «бесконечностью» буду посвящать себя и другим композиторам, от Шуберта и Шопена до Скрябина и Дебюсси.

Музыка для людей

– Музыка всегда поддерживала людей в трудные времена. А музыкант Андрей Гаврилов чувствует поддержку поклонников и друзей?

А. Г.: «Поклонник» для меня устаревшее понятие, нечто архаичное из эпохи «талантов и поклонников». Современность предлагает нам новые отношения и словарь. Положа руку на сердце, если бы не стойкое войско друзей (иначе не назову моих друзей-соратников), мои открытия остались бы в литературно-философском изложении на бумаге. К счастью, они обретают материальный эквивалент в высококачественных звукозаписях, видео, концертах, лекциях.

Все мы как единый организм в создании новейшего, интереснейшего, первооткрывающего, где я, всего лишь, инструмент воплощения идей, которые давно многими ощущались и просились из космоса на «грешную землю». И мы немыслимы друг без друга в призвании, которому всецело себя посвятили.

– Большое спасибо за интервью. Желаю Вам крепкого здоровья и всяческих успехов!

#

Марина Охримовская

Фото: Андрей Гаврилов с сыном Арсением в своем швейцарском доме, 27 августа 2020 г. (© Lucy Koenig)

Видео:

Andrei Gavrilov – AG Music Some «scenes» from Liszt Sonata B minor

Andrei Gavrilov – Pictures from an exhibition: No. 15, The Bogatyr Gates (In the Capital in Kiev)

Andrei Gavrilov – Schumann, Andante from «Symphonic Etudes»

 

Клуб друзей Андрея Гаврилова

Поклонники и друзья Андрея Гаврилова помогают организации записи и издания новых музыкальных альбомов маэстро. Желающие участвовать в важном культурном проекте найдут полезную информацию здесь:

https://www.andreigavrilov.com/

 

Комментарий через Facebook